– Ты удачно вышла замуж, – отметил Кэссиди.

– Да, в третий раз удачно, – сказала Мирабел. – Присядешь? Выпьешь?

Заказать?

– Отлично, – Кэссиди продолжал стоять. – Ты всегда мечтала об особняке, Мирабел. Ты была самая интеллектуальная из моих жен, но ты любила комфорт. Тебе хорошо теперь?

– Очень.

– Ты счастлива?

– Да, мне хорошо, – ответила Мирабел. – Я читаю теперь мало, но мне хорошо.

Кэссиди заметил нечто, похожее на одеяло на ее коленях, что-то пурпурное с золотыми нитями, мягкое, ленивое, крепко прижавшееся к Мирабел. У существа было несколько глаз. Мирабел держала его руками.

– Оно с Ганимеда? – спросил Кэссиди. – Твой любимец?

– Да. Муж купил его мне в прошлом году. Я ужасно люблю его.

– Все любят их. Они ведь дорогие, не так ли?

– Но они очень привязчивы, – сказала Мирабел. – Почти как люди. Очень преданы. Ты посчитаешь меня глупой, но это теперь самое главное в моей жизни. Важнее, чем муж. Я люблю его, понимаешь. Я привыкла, что другие любят меня, но очень немногих люблю я.

– Можно я взгляну на него, – сказал Кэссиди робко.

– Только осторожно.

– Ну конечно. – Он взял существо с Ганимеда. Его строение было необычно. Кэссиди никогда не держал в руках такого мягкого тела. Кэссиди ощутил озабоченность, исходящую от Мирабел, когда он держал ее любимца.

Кэссиди погладил это создание. От удовольствия оно слегка подрагивало. Его кожа радужно переливалась в руках Кэссиди.

Мирабел сказала:

– А чем ты сейчас занимаешься, Дик? Все еще в космосе?

Кэссиди проигнорировал вопрос.

– Напомни мне те строчки из Шекспира, Мирабел. О мухах и мальчишках-шалунишках.